HOGWARTS: UNROMANTIC STORY

Объявление

http://hplove.rusff.ru/ = все сюда!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HOGWARTS: UNROMANTIC STORY » Top Secret » Black's apartment


Black's apartment

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

http://uploads.ru/i/U/E/C/UECxR.jpg

0

2

And if you have to leave
I wish that you would just leave
'Cause your presence still lingers here
And it won't leave me alone ©

=====> Территория Хогвартса. Вход в школу.

В последний раз они были такими почти двадцать лет назад. Двадцать лет… подумать только, целая жизнь. За это время вполне можно было выйти замуж, родить и вырастить ребенка и научиться уже быть счастливой без него. Но ведь она пыталась, правда, пыталась, и иногда ей даже начинало казаться, что всё получается. Как глупо. Ведь каждый раз, неизбежно, Марис снова и снова понимала, что никто и никогда не заменит ей её Блэка.
Марис с упоением разглядывала его лицо, на которое медленно падал снег, - оно было таким же родным, как тогда. И с горечью подумала, что теперь на нём столько морщинок, которые появились, когда её не было рядом, и какая-то почти неуловимая грусть, застывшая в уголках глаз. Его голубых, невозможных глаз, которые были так близко, и снова это до боли знакомое ощущение, что Сириус знает все, слышит её мысли и бешеное биение сердца. И, если бы мир вдруг рухнул, Марис бы, наверняка, не заметила – всё снова потеряло свое значение, потому что рядом был он.
Больше всего на свете ей хотелось ещё хоть раз, один только раз, почувствовать его вкус на своих губах, поцеловать его так, как целовала когда-то. Только вот прочно засевшее «друзья» не позволяло её наклониться чуть ближе, да и страшно было отдаться своему порыву. Как это ни грустно признавать, но с той самой ужасной ночи, когда из её дрожащих рук выпало письмо, разрушившее всю жизнь, любовь к Сириусу не приносила ничего, кроме боли. Сегодняшний день показался исключением, но кто знает, вдруг Марис снова ошиблась и приняла желаемое за действительное.
Хотела было улыбнуться, как-нибудь неловко пошутить и предложить Сириусу пойти в замок, но не успела Марис и шевельнуться, как Блэк усадил её себе на колени и едва ощутимо, почти невесомо коснулся своими губами губ женщины. Сердце предательски екнуло и заколотилось с неистовой скоростью, порываясь выскочить из груди. Она знала, что это неправильно, и прекрасно понимала, что никогда не сможет забыть этого поцелуя. Ладошками уперлась в его грудь, словно пытаясь оттолкнуть, но так и не приложила никакой силы. Потому что в этот самый момент Сириус запустил пальцы в её волосы, притягивая женщину ещё ближе. Его поцелуй стал другим – почти робкая нежность сменилась той страстью, которая, она знала, всегда была присуща ему. И тогда Марис просто сдалась.
Она одной рукой обвила его шею, а ладонь другой ласково легла на его скулу. И, хотя через каких-то пару мгновений Блэк отстранился, Марис успела с ужасом заметить, что не просто позволяет ему себя целовать – она сама его целует.
А потом этот виноватый взгляд, так несвойственный ему, и абсолютно лишние слова о том, что им лучше пойти в замок. На губах Марис появилась какая-то грустная улыбка, а сердце сжалось от боли. Ну, конечно, им пора. Пора просто встать и пойти дальше, чтобы старательно делать вид, что ничего не было.
- Да, ты прав, – Марис кивнула и прикрыла глаза, когда ощутила прикосновение его рук и губ на своей щеки. - Да, ты прав, Сириус… но что прикажешь мне делать с сердцем, которое так и не стало любить тебя меньше?..
Они, не торопясь, пошли к дверям замка. Вдруг снова стал ощущаться холод, и ветер, гулявший по окрестностям, снова подул в лицо. Руки, которыми она лепила снежки, забрасывала его снегом и обнимала его, совсем закоченели, и Марис сжала их в кулаки, послушно поднимаясь вслед за Сириусом на крыльцо.
Внутри здания школы было тепло. И по коже прокралось противное ощущение «оттаивания» - так всегда бывает, когда зайдешь с мороза в теплое помещение. Только Марис не обращала на него никакого внимания. Она шла, всего на пару шагов отставая от Блэка, специально, чтобы избавить его и себя от неловкости встречающихся взглядов, рассматривала портреты и гобелены на стенах, разглядывала глубокие трещины в камне пола и стен, и думала только о том, что случилось пару минут назад во дворе школы.
Она не заметила, как, пройдя сквозь сеть коридоров и переходов, они оказались в крыле, отведенном под преподавательские комнаты. Двери аккуратным рядом шли по стене, и на них даже в полумраке можно было различить имена хозяев. Пройдя чуть вперед, Марис стала с любопытством рассматривать двери, одну за другой, пока не наткнулась на надпись «Профессор С. О. Блэк».
- О, так ты же у нас теперь профессор! – женщина повернулась лицом к Сириусу, и улыбнулась так, как только позволяло ей её состояние. - Посмотрим, что за апартаменты у профессора С. О. Блэка.
Марис толкнула дверь и очутилась в очень уютной спальне, выдержанной в спокойных коричнево-бежевых тонах, не слишком освещенной, но оттого ещё более приятной. Цепким взглядом ловила каждую деталь интерьера – всё, что угодно, лишь бы не думать о том, что теперь они с Сириусом наедине, не в школьном дворе под снегопадом, а в уютной комнате, в весьма отдаленном крыле огромного замка.
- Мне нравится, – провозгласила свой вердикт Марис, наблюдая за тем, как Блэк, простите, профессор Блэк, рассматривает свое новое обиталище. Ему должно понравиться – по крайней мере, лучше, чем его мрачная обитель на площади Гриммо. Здесь у него будет достаточно времени, чтобы вспомнить лучшие дни свои молодости, проведенные в этих стенах, в то время, как она вернется в ненавистный, вечно серый, Лондон.

+2

3

<<<-------------------- Вход в школу

В замке было непривычно тихо. Настолько, что Сириус даже не удержался, чтобы не оглянуться по сторонам в поисках какого-нибудь ворчливого портрета, который обязательно не удержится от комментариев по поводу зажженных палочек волшебников. Но все будто вымерли. Это было не просто странно, но еще и пугающе, будто величавый Хогвартс приготовился к чему-то поистине масштабному и ужасному. Конечно, когда в замке с такой историей находится целый ворох пожирателей смерти, готовых снести все к чертям собачьим, волей-неволей придется готовиться к войне. Да даже сам Сириус не сдержится от того, чтобы разок-другой попасть заклинанием в свою «обожаемую» сестрицу Беллатрису, не говоря уж о Северусе Снейпе, который должен, нет, просто обязан был в его присутствии помалкивать в тряпочку, если не хотел быть опозоренным на всю школу рассказом о своих подштанниках серого цвета, которые Блэк рассмотрел еще на пятом курсе. Но сейчас вспоминать обо всех этих личностях не хотелось, когда рядом шла Марис, которую Сириус только что поцеловал и, надо сказать, не без последствий для себя, от чего по телу то и дело пробегала теплая волна, сжимающая низ живота в тугой узел… нужно было сдержаться и не показать ничего. Иначе потом будет только хуже и больнее для них обоих. А если завтра Блэка убьет какая-нибудь подстилка Волдеморта?
Черт, Сириус, мать твою, Блэк! О чем ты думаешь вообще? – внутренний голос не переставал читать мораль, но мужчина, как всегда, предпочитал не слушать его, отдаваясь полностью своим невеселым мыслям.
Наверное, надо было что-то сказать. И Сириус пытался раза три, открывая рот и тут же закрывая его, понимая, что все слова будут лишними. Оправдываться было не за что, как и извиняться, и просить прощения. Всего лишь поцелуй, это же так невинно по сравнению тем, что эти двое вытворяли в доме Блэка, когда милая Марис Леруа, тогда еще совсем молоденькая девушка, приехала погостить к нему. Совсем на немного… они даже не успели насладиться друг другом. А через несколько месяцев произошло то, что произошло. Сириус передернулся, вдруг вспомнив свой же громкий крик, когда увидел Джеймса… и Лили.
- Мерлин меня подери, - потерев виски, прошептал он и невольно облизал губы, тут же перескакивая на мысли о недавнем поцелуе, это было не менее больно, но все же не так.
Наконец, они дошли до крыла, где всегда располагались покои преподавателей, и куда даже мистеру Сохатому и Бродяге вход был воспрещен. О, как они мечтали попасть сюда! Но защитные заклинания, придуманные самим Дамблдором, разгадать было просто невозможно. И именно поэтому на карте Мародеров комнаты учителей были обозначены только условно, по рассказам одной практикантке, отдавшейся Блэку на том же веселом пятом курсе.
- Поверить не могу, что теперь легко могу зайти сюда, - усмехнулся волшебник и, сделав всего пару шагов по темному коридору, действительно увидел надпись на одной из дверей со своим именем, которую только что прочитала Марис, - нет, ты представляешь? Я – преподаватель, профессор! Это же немыслимо! За мою дисциплину в школе меня чуть не выгоняли пару раз, а теперь я, как самый примерный ученик, возвращаюсь сюда, чтобы учить детей заклинаниям.
Войдя в комнату, он лишь хмыкнул, оценивая обстановку.
- Мне нравится, - послышался приятный голосок, и Сириус улыбнулся, поворачиваясь к женщине.
- Да, неплохо. Все лучше, чем моя отсыревшая, заплесневелая комната на Гриммо, где не просто холодно. Там адски холодно. Хорошо, что теперь не придется скрываться, прятаться и сидеть в этом ужасном доме, - он вздохнул и, сняв теплую мантию, бросил ее на спинку стула, усаживаясь на кровать, - кажется, нам пора спать. Завтра будет непростой денек. Но ты просто обязана будешь поддержать меня, - Блэк лукаво улыбнулся и протянул руку, потянув женщину к себе и усаживая на колени, - надеюсь, ты меня не бросишь прямо завтра и не уедешь отсюда? Хочу, чтобы ты была рядом.
Он постоянно говорил это, но не понимал до конца, что значат такие слова. Возможно, для Марис это было чем-то большим, чем обычное дружеское присутствие рядом, когда в нужный момент стоит погладить по голове и сказать «не падай духом, все получится». Но по-другому мужчина просто не мог. Было что-то, что до сих пор мешало ему вернуться к прежним временам… наверное, он просто прятался за объяснением, что не хочет причинять Леруа боль. На самом деле, просто боялся отношений с кем-либо. Отвык. За двенадцать лет, проведенных в тюрьме, Сириус стал совсем другим и теперь эта гребаная нелюдимость давала о себе знать.
Они долго сидели так вместе, пока Блэк осторожно не поднялся с кровати, выпуская женщину из объятий и скидывая с себя пиджак и расстегивая несколько пуговиц у рубашки.
- Ты ведь знаешь, что я никуда тебя не отпущу? – он снова улыбнулся и присел рядом с Марис, взяв ее за руку. – Обещаю, приставать не буду. Наверное.
Шуточки в стиле того самого Сириуса Блэка, который, казалось, давным-давно канул у лету. Пожав плечами, волшебник лег на кровать, откидываясь на мягкую подушку, и заставил Леруа лечь с ним рядом, вдыхая едва уловимый запах ее белокурых волос и шепча тихо:
- Доброй ночи, моя Марис.

Утро настало слишком быстро. Сириус даже не успел насладиться каким-то красивым сном, который не оставлял его целую ночь. Это, наверное, из-за того, что на другой половине кровати спала его любимая француженка… довольно улыбнувшись, Блэк тихо приподнялся, чтобы коснуться губами ее щеки и почти неслышно встать с кровати, проходя в ванную комнату. Посмотрев на себя в зеркало, он поморщился, пригладив волосы и сполоснув лицо водой, сел на бортик ванной, кусая губы, как мальчишка. Он ведь хорошо помнил, какое сегодня число… и совсем не из-за того, что наступило Рождество, хотя, этот праздник любил даже Сириус, которого в этот день всегда забирал к себе дядя Альфред, баловал сладостями и дарил подарки. Сегодня был День рождения Марис, а, значит, очень быстро Блэку нужно было придумать подарок. Но какой?
- А что, если попробовать…, - щелкнув двумя пальцами, мужчина быстро вышел в комнату, где уже успел материализоваться домовой эльф в грязном фартуке, который поклонился до самого пола.
- Что желаете, профессор Блэк?
- Нда, если бы Кикимер был таким… ну да ладно. Послушай… мне нужно блюдо с самыми лучшими и вкусными пирожными, которые вы приготовили к завтраку. И не надо меня обманывать, на Рождество здесь всегда подавали эти эклеры с разным кремом. Если можно, то побыстрее. Пожалуйста.
- Конечно, профессор Блэк, - также тихо прошептал эльф и, тряхнув огромными ушами, исчез.
Теперь оставалось самое легкое. Достав из внутреннего кармана своей мантии волшебную палочку, Сириус взмахнул ею и проговорил негромко:
- Орхидеус! – и в другой его руке тут же появился букет белых роз, перевязанный нежно-розовой атласной лентой.
Мистер Блэк остался крайне доволен собой и, уже в следующую минуту получив от эльфа позолоченное блюдо с пирожными, подошел к кровати, поставив блюдо на прикроватную тумбочку и присев на самый краешек.
- Мадемуазель Леруа, просыпайтесь, - прошептал Сириус, низко наклонившись к Марис, - кажется, у кого-то сегодня День рождения?

+2

4

But I lost all control and I need you now
And I don't know how I can do without
I just need you now ©

Блэк всегда умел очаровывать. Под его влияние попадали абсолютно все окружающие его люди, и, если он не всегда замечал, то Марис всегда видела это. Видела и думала, что чем-то отличается, а потом смеялась сама над собой – она тоже, такая же, как все, когда-то поддалась этому абсолютному обаянию голубых глаз. И вот, спустя годы страданий, войны и потерь, она снова понимает, что никуда не денется, что останется с ним до тех пор, пока ему это будет нужно, чего бы потом это ни стоило.
Марис ничего не ответила Сириусу. А что может она сказать? Только что-то вроде: «Нет, Сириус, я никуда не уйду, пока сам не прогонишь, потому что ты нужен мне гораздо больше, чем я тебе». А потому она лишь слегка улыбнулась и легла рядом с Сириусом, стараясь только не позволить ощущению его такого близкого присутствия свести себя с ума.
- Доброй ночи, Сириус, – негромко произнесла в ответ Марис, поворачиваясь спиной к Блэку. Она бы с радостью провела бы всю ночь, все ночи в своей жизни, разглядывая его лицо, наблюдая за тем, как он спит, согреваясь в его объятиях, но, раз уж это больше невозможно, лучше не видеть его лица совсем. И, может, годы изменили его привычку, и он проснется раньше неё. Тогда ей будет легче сделать с утра вид, что ничего не было, и всё произошедшее не значит для неё ровным счетом ничего.

Марис не заметила, как уснула. Она только успела почувствовать рядом с собой тепло тела Сириуса, как, чуть приоткрыв глаза, обнаружила, что утро уже настало. Не нужно было даже поворачиваться, чтобы понять: Блэка рядом нет. Случилось так, как хотелось Леруа: он больше не мальчишка, которого ей когда-то приходилось будить каждое утро.
Так не хотелось вставать, и женщина, не открывая глаз, просто натянула на себя одеяло. Только вот мистер Блэк, видимо, имел другие планы на это утро.
Прошло не больше пяти минут, как Марис услышала знакомый голос, и, открыв глаза, француженка увидела лицо Сириуса, наклонившегося над ней. Он был таким до боли родным и близким, но, увы, Марис не могла даже просто протянуть руки и обнять его, притянуть к себе и сказать, что это был лучший День Рождения в её жизни. Ведь, строго говоря, родилась она ночью в Сочельник. - Блэк, что ж ты делаешь?... Нет, надо вставать. Надо…
- Доброе утро, Сириус, – Марис улыбнулась и присела на кровати. Её взгляд упал на прикроватную тумбочку, на которой стояло блюдо с эклерами, и лежал прекрасный букет белых роз. Вдруг стало так тепло от сознания того, что он, всё-таки, помнит.
- Они чудесны, – женщина подняла глаза на Блэка, и не могла выразить благодарность иначе, кроме как обняв Сириуса, чуть подавшись вперед. - Спасибо.
Её губы коснулись щеки мужчины, а после она, задержавшись ещё только на мгновение, отстранилась, и с улыбкой потянулась к блюду на тумбочке.
На самом деле, Марис просто пыталась отвлечь и своё внимание, и внимание Сириуса от всего, что произошло вчера и, кажется, продолжало происходить сегодня. Его присутствие всегда заставляло сердце колотиться так, что, казалось, вот-вот выскочит из груди, но сегодня… сегодня всё чувствовалось как-то иначе. Как будто сработал какой-то странный несуществующий усилитель, который заставлял её переживать все сильнее, ярче, и, наверное, прекраснее. Но ведь всё кончится совсем скоро. Стоит только им выйти из этой комнаты, как для Марис всё снова рухнет, и, да, будет больнее, чем раньше. Но это стоило того.
- Ты же не откажешь своей Марис? – женщина чуть лукаво улыбнулась и, взяв с блюда пирожное, поднесла его к губам Сириуса. Мерлин, как же это напоминало ей те утра, когда им было по восемнадцать лет! Всё ведь было именно так, только декорации изменились. Даже как-то странно – жизнь иногда весьма жестоко шутит.
Она весело засмеялась, когда Блэк запачкал нос кремом, и нежно пальчиком стерла его, а после сама стала уплетать эклер. Вероятно, выглядела она весьма забавно, но рядом с Сириусом она всегда была такой. Этого не знал никто, кроме них двоих. И ей нравилось знать, что у них есть общие тайны, маленькие секретики, известные только им двоим.

+2

5

Сириус смотрел на женщину и улыбался. Все же приятно было осознавать, что тебя кто-то любит по-настоящему, радуется твоим спонтанным сюрпризам как ребенок. Неужели Марис подумала, что он не помнит о ее дне рождения? Такого же просто не могло быть. Блэк давно мечтал встретить Рождество и день, когда родилась Леруа, вместе с ней. Вот так, только они вдвоем и больше никого, кто смог бы помешать. Тишину комнаты нарушил звонкий смех женщины, а потом и самого Сириуса, который перепачкался кремом от эклера, а распробовав его на вкус, взял одно пирожное и целиком засунул его в рот, одновременно с этим пытаясь что-то сказать. Получилось плохо и он снова засмеялся, прикрывая рот ладонью. Сущие дети! Да, но кто бы мог упрекнуть в этом Сириуса и Марис? Он так и не смог порадоваться своей молодости, надолго попав в тюрьму, а она наверняка очень болезненно переживала все эти события… теперь Блэк чувствовал себя виноватым. Все время, пока волшебник был в Азкабане и теперь, когда прошло уже четыре года с момента побега… всегда на душе скребли кошки. Он до сих пор не мог загладить своей вины за то, что не смог уберечь от страданий свою милую француженку. Время было упущено, они бы начали все сначала, но, кто знает, что придет в голову неугомонному Блэку? Вдруг завтра же, при схватке с Пожирателями, которых в замке было хоть отбавляй, он кого-нибудь ранит? За это его снова могут наказать. А если не сдержится и задушит свою сестрицу, о чем, конечно, жалеть не будет, то его и вовсе отправят обратно в тюрьму. Тогда будет не спастись, а Марис останется одна. Нет, лучше все-таки не допускать ничего. Разлука будет менее болезненной.
С чего ты решил, что что-то случится? Почему нельзя жить одним днем, как раньше? Радоваться тому, что ты имеешь? У тебя есть она, та, которая любит тебя, та, которая готова ради тебя, наверное, на все. Так что же тебя держит, Сириус, мать твою, Блэк?!
Он и сам толком не знал ответов на все эти вопросы, но почему, на сто процентов, был уверен, что так нужно поступать и так будет лучше для всех. Но сейчас не время было вдаваться в философские размышления, Сириусу предстояло появиться перед всей школой, в Большом зале, много лет спустя, уже в качестве преподавателя. Он не мог в это поверить. Нет, на самом деле, очень сложно представить себе, что Бродяга, тот самый, который вечно нарушал школьные правила, который создал карту, показывающую всех обитателей Хогвартса, который не раз подвешивал за хвост кошку Филча, теперь будет учить деток Заклинаниям.
- Марис, это все так странно, - как-то задумчиво произнес Блэк и облизал губы от сладкого крема, нехотя поднимаясь с кровати и, заложив руки за спину, подходя к окну и щурясь от яркого света, - я проснулся сегодня и даже не понял сначала, что нахожусь в Хогвартсе. Он был моим домом целых семь лет, я даже не уезжал на каникулы, разве что к Поттеру… стоп. Здесь же Гарри! Черт! Как я вообще мог забыть?? Нам срочно нужно спускаться вниз, там, наверное, все уже собрались! Ты ведь пойдешь со мной? Конечно, я просто уверен в этом.
Подав руку Леруа, он выудил ее из кровати, тут же поймав в свои объятия и крепко прижав к себе, утыкаясь носом в роскошные светлые волосы. Как Сириус любил это делать тогда, в бурной молодости… когда все еще было хорошо.
- С Рождеством тебя, девочка моя. Знай, что я всегда любил тебя и сейчас люблю. И хочу, чтобы ты была счастлива, - немного отстранившись, Блэк посмотрел в глаза женщине, но так и не решился повторить то, что было вечером, у входа в замок.
Простояв так очень долго, он все же отпустил Марис, позволив ей собраться. Сегодня они вдвоем будут самой прекрасной парой и, безусловно, самой обсуждаемой. Когда-то Сириус любил внимание к своей персоне и, впрочем, не собирался изменять своим предпочтениям. Он даже хотел, чтобы его заметили. Любому интересно узнать, что о тебе думают, а уж тем более, тому, кто просидел в Азкабане огромный срок невиновным, теперь гулял на свободе и все еще жаждал отомстить… невольно он сжал руки в кулаки и стиснул зубы, вспоминая об одном человеке, которого, конечно, не могло сегодня быть здесь, но ведь Блэк обязательно доберется до него.
Увидев Леруа, Сириус тут же улыбнулся и подал ей руку.
- Мадемуазель, разрешите мне проводить Вас на завтрак? – тихонько засмеявшись, он пропустил женщину вперед и закрыл за собой дверь.

------------------------->>> Большой Зал

+1

6

How can I stand alive with only half a life?
How can I love so hard with only half a heart?
Where do I go from here?
How do I breath in here?
I guess it must be true
I am intoxicated by you... ©

Стоило только ей снова оказаться в объятиях Сириуса, снова почувствовать тепло его тела и дыхание на своей коже, как, в который раз, захотелось просто оттолкнуть его и убежать. Куда-нибудь очень далеко, только бы больше никогда не видеть его, понимая, что он никогда не будет принадлежать ей. Но он всегда был сильнее Марис, сколько бы не прошло лет, как бы не старалась она задушить свои чувства. Словно проклятие, чертово наваждение, и от него было невозможно спрятаться, тем более, теперь, когда он вернулся, когда он изо дня в день находится где-то рядом, когда он снова целует её, чтобы потом сделать вид, будто ничего не произошло.
И его слова. Как будто нарочно называет её «своей девочкой», говорит, что любит, что хочет, чтобы Марис была счастлива… словно не понимает, что она просто не сможет быть счастливой без него. Ведь пыталась уже ни раз и ни два. Иногда даже казалось, что получается, но в конце всегда получалось одинаково – вроде все в порядке, но не хватает чего-то, чего-то невероятно родного, что ничем больше не заменишь. Нет, определенно, она никогда не сможет быть счастливой без своего Блэка, который так упорно притворяется, что не видит этого. А ведь она точно знает, что Сириус – один из немногих, быть может, даже единственный человек, который читает её, как открытую книгу. И словно нарочно каждый раз делает все больней.
Женщина чуть улыбнулась и тут же отвернулась от Сириуса. Марис не хотела, чтобы он видел её взгляда, не хотела видеть его, потому что боялась, что вот-вот сорвется и скажет ему всё, что на душе, разрыдается и нарушит и без того хрупкое равновесие, установившееся между ними.
Несколько мгновений понадобилось Леруа, чтобы взять себя в руки и снова повернуться лицом к Сириусу, тепло улыбаясь. И, кто бы только знал, как противна была сама себе Марис Леруа в такие мгновения, когда приходилось прятаться за маской фальши, только бы не сломаться окончательно.
- Разумеется, профессор Блэк, – женщина прошла в распахнутую Сириусом дверь, и пошла вслед за ним по полумраку коридора преподавательского крыла.
Она заставляла себя не думать ни о чем, старалась убедить себя, что сможет быть счастлива и так, просто находясь рядом с ним, ничего не прося у него взамен за свою любовь, которую смогла сохранить в сердце, несмотря на годы и боль, разлучившие их. В конце концов, лучше уж так – пускай они никогда не смогут вернуть всё назад, никогда не будут снова счастливы друг с другом, но он хотя бы жив, хотя бы на свободе, никого никогда не предававший. Разве этого не вполне достаточно?
- Ты же покажешь мне замок? – неожиданно спросила Марис, взглянув на Бродягу, - Я хочу всё посмотреть, увидеть все те места, о которых ты рассказывал.
Правда, хотела. Это ведь всё – его жизнь. Вероятно, та её часть, которая никогда никуда не денется, в отличие от их любви. Да и разве не лучшая это возможность побыть с ним наедине лишних несколько часов, послушать его невероятные истории, которые он всегда рассказывал с той невозможной улыбкой на лице.
- Мерлин, Сириус я совсем забыла! – вдруг воскликнула Марис, когда они уже подходили к Большому залу. Действительно, как же она могла не сказать ему, что видела вчера Джинни, которая посылала на площадь Гриммо Патронуса. - Я же тут оказалась вообще потому, что Джинни прислала Патронуса тебе домой. Прости, я не сказала тебе – испугалась, что что-нибудь случиться… На них в лесу напали. Пожиратели. Всё вроде обошлось, но… Марис осеклась, чуть виновато взглянув на Блэка. Да-да, он сейчас, наверняка, прочитает ей длиннющую лекцию о том, что она не должна была вот так, в одиночестве, появляться в Хогвартсе, и, уж конечно, она должна была рассказать ему о Патронусе. Но ведь сам Блэк поступил бы так же. Так что, ещё не дождавшись его ответа, Марис решила, что, всё-таки, поступила правильно.
Она поспешно переступила порог Большого Зала, где было уже полным-полно народу, надеясь, что завтра отвлечет их обоих и от Пожирателей, и от неопределенности, которая повисла между ними.

=====> Большой Зал

Отредактировано Maryse Leroy (2012-03-22 19:28:06)

+1


Вы здесь » HOGWARTS: UNROMANTIC STORY » Top Secret » Black's apartment


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC