HOGWARTS: UNROMANTIC STORY

Объявление

http://hplove.rusff.ru/ = все сюда!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HOGWARTS: UNROMANTIC STORY » Somewhere over the hill » Вход в школу


Вход в школу

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Самое интересное только начинается!

0

2

<<<----------------------- Дом на площади Гриммо

Поверит ли кто-нибудь, что Сириусу Блэку было страшно аппарировать? Конечно же, нет. Всегда такой уверенный в себе, гордый и отважный, а тут даже боится повернуться на каблуках собственных ботинок, чтобы уже через секунду оказаться в нужном месте! Но мужчину можно было понять, он не делал этого… а черт его знает сколько. Долгое пребывание в доме на Гриммо лишило мистера Блэка многих радостей жизни. Ну, вы же понимаете, о чем идет речь, да? Хотя, сейчас не об этом. Естественно, чтобы не выглядеть идиотом в глазах этого противного зельевара, Сириус вздохнул и, закрыв глаза, поморщился, резко повернувшись и с легким хлопком исчезнув с того места, на котором только что стоял.
Тихо охнув, он покачнулся и уперся в какую-то холодную стену рукой, чтобы не упасть. Сириус уже позабыл насколько могут приятными ощущения от аппарации. Дико слышать это, когда у других все не так радужно? Да, еще в школе их с Джеймсом забавляли отзывы однокурсников, которые на занятиях боялись сделать даже один шаг. Вспомнив школьные годы, Блэк мечтательно улыбнулся и глубоко вдохнул, но тут же резко распахнул глаза, поняв, почему эти мысли вообще пришли ему в голову. Он стоял… рядом с входом в Хогвартс.
- Мерлинова борода, - тихо произнес Сириус и поднял голову, тут же задержав дыхание.
Здесь все было также, как тогда. Прошло уже очень много лет, а школа совсем не изменилась. Величественные башни и этот тусклый свет в маленьких окошках, который всегда означал только одно – студенты не спят ночью. Совсем как тогда, во времена Мародеров, в их уютной спальне, наверное, ни разу за все семь лет не выключался свет. Потому что Джеймс и Сириус работали над своим великим изобретением – картой Мародеров, а Ремус и Питер пытались призвать к их совести, а после тоже присоединялись. Или господин Бродяга рассказывал друзьям про свое очередное свидание с симпатичной пуффендуйкой, которое, конечно же, заканчивалось тем, от чего уши у Люпина становились бордового цвета, Джеймс почти рыдал от смеха или сосредоточенно вслушивался, пытаясь представить, как это будет у него и Лили, а Петтигрю и вовсе отворачивался к стенке, пытаясь убедить всех в том, что ему это совсем неинтересно.
Блэк поджал губы и тяжело вздохнул, все еще опираясь на стену, но уже от того, что сейчас, наверное, не смог удержаться на ногах от охвативших его эмоций. Опомнившись и тряхнув головой, мужчина огляделся по сторонам, но, к своему удивлению, не заметил рядом с собой Нюнчика. Что ж, просто отлично! Так даже и лучше, Сириус сможет побыть наедине со своими воспоминаниями и не отвлекаться на этого сальноволосого слизеринца, который до сих пор имел привычку путаться под ногами и доставлять массу проблем. Ну, по крайней мере, так считал сам Блэк и вечно воротил нос от одного только появления Снейпа в своем доме на Гриммо. Приходилось мириться, ведь он сам отдал жилище под штаб Ордена. Хотя, ему приходилось мириться и с тем, что Снейп входит в состав Ордена, постоянно подслушивает важные разговоры, а сам, наверняка, передает их кому-нибудь… черт, да, Сириусу всегда казалось, что зельевар не чист, а уж когда тот стал директором школы вместо Дамблдора, возмущению мужчины не было предела. Он бы и сейчас разозлился снова, пошел искать этого… недодиректора, если бы не хотел так страстно осмотреть школу. Должно же было хоть что-то измениться здесь за все эти годы? Он тосковал по этому месту… отчаянно завидовал Ремусу, который хоть немного, но работал здесь преподавателем. Неужели они теперь будут здесь снова вместе? Не хватало, пожалуй, только Джеймса. Тогда бы молодое поколение и эти гребаные пожиратели узнали бы, кто такие на самом деле, Мародеры.
Блэк усмехнулся и снова вздохнул, сунув руки в карманы брюк и сделав несколько шагов к входу в школу. Благо, глаза давно привыкли к темноте, и сейчас Сириус видел все, почти как днем. Шумно вдохнув, он снова широко улыбнулся. Значит, преподаватель в Хогвартсе…. А, значит, он снова увидит Гарри и его друзей? Лучшей новости за последние дни просто и быть не могло! Подобрав подол своей зимней мантии, Блэк уселся на каменных ступеньках и достал откуда-то из-за пазухи свою волшебную палочку, повертев ее в руках и вставив за ухо, как всегда делал это в школьные годы. Медленно, но верно в нем просыпался юношеский азарт. Тяга к приключениям, о, Мерлин! Как долго он не испытывал подобного! Все еще широко улыбаясь, Сириус подпер подбородок кулаком и наметил план действий. К черту войну, первым делом ему потребуется собственный кабинет… где он сможет делать все, да, все, что захочет.
А лучше пусть Снейп освободит кабинет Дамблдора, - шепнул озорной внутренний голос, чертовски похожий на голос старшего Поттера.
Забывшись, мужчина хмыкнул, вторя своим мыслям.

+2

3

I don't know what is going on
You turn around and touch my heart
A silent moment speaks the truth ©

====> Коридоры

Марис стремительным шагом удалялась от компании, которую только что покинула, однако, завернув за угол, убавила шаг. Она шла теперь медленно, рассматривая всё, что только мог уловить её взор, потому что эта школа всегда казалась ей какой-то чудовищно важной частью её собственной жизни. Неважно, что всё здесь было чужим, совсем не походим на Шармбатон, в котором она провела прекрасные семь лет. Просто не покидало ощущение, что, узнавая вот таким образом Хогвартс, она приобретает что-то очень важное, что хоть немного снова приблизит её к Сириусу, к его жизни, в которой, она знала, это замок был так безумно важен.
Здесь всё было каким-то величественным и даже давящим. Тысячелетние каменные стены с тонкими прожилками трещин, старинные гобелены, портреты странных чародеев, которые сейчас мирно беседовали друг с другом или спали с огромных креслах с позолотой, лестницы, со скрипом меняющие направление… Иногда она заглядывала в открытые двери классов, думая, что в одном из них, конечно, когда-то сидели Сириус, Джеймс, Ремус и Питер, что именно по этим коридорам они носились мальчишками, вечно ищущими приключений, где-то здесь, возможно, совсем рядом, была та самая Выручай-комната, о которой Марис приходилось слышать от Блэка когда-то очень давно.
Она не собиралась уже искать никого из Ордена, а решила просто выйти из замка, прогуляться по территории школы, взглянуть на поле для квиддича, избушку Хагрида, пройтись по берегу Темного озера и выйти на опушку Запретного Леса. Нет, Марис не знала территории, никогда не гуляла по ней, но очень хорошо представляла себе расположение всех вышеперечисленных объектов, о которых слышала так много историй, рассказанных с такой любовью к ним.
Тем более, ей некуда торопиться. Сегодня ведь Сочельник – вся ночь впереди для того, чтобы пообщаться с друзьями, выпить стаканчик чего-нибудь за её День Рождения, а потом лечь спать, чтобы утром проснуться чудесным Рождественским утром и отправиться лакомиться праздничным пудингом, на ходу распаковывая подарки. Она любила Рождество. Гораздо больше, чем собственный День Рождения, потому что её мать, сколько Марис её помнила, любила повторять, что «чудеснее Рождества нет поры, потому что только в Рождество исполняются все желания, даже самые безумные».
Женщина улыбнулась своим воспоминаниям и спустилась по широкой лестнице в холл школы, медленно пересекла его, направляясь к огромным входным дверям, которые с виду казались абсолютно неподъемными, а открывались легко, словно самые обыкновенные двери. Толкнула одну из них, и в лицо тут же ударил ледяной ветер, снежинки весело запрыгали по светлым волосам, и Марис плотнее закуталась в свою мантию. Наверное, надо быть сумасшедшей, чтобы решить «прогуляться» в такую жуткую погоду…
Француженка шагнула в морозный зимний вечер, и тут же выражение её лица изменилось: на ступеньках сидел человек, не менее сумасшедший, раз решил, что каменные ступеньки – прекрасное место, чтобы полюбоваться на пургу. Это был он, конечно, Сириус Блэк, которого Марис узнала бы в любом виде, где бы не встретила.
- Привет, – женщина улыбнулась и присела рядом с ним на ступеньки. Он был счастлив, очень счастлив – она это видела, и это понимание приятно согревало душу. Наконец-то он исполнил свою давнюю мечту – вновь вернулся в Хогвартс, вырвался из этого каменного мешка на площади Гриммо.
Именно сейчас, в данную секунду, война исчезла. Рядом с Марис сидел тот самый Сириус Блэк, которого она знала много лет назад и в которого так неосторожно влюбилась – всё та же обаятельная широкая улыбка, озорной огонек в голубых глазах, всё так же вертит в руках палочку и явно задумывает что-то. Даже не хотелось ни о чем говорить, чтобы не спугнуть в нем это тихое счастье, которое он так заслужил. Просто положила руку ему на плечо и тихо сказала:
- Я рада за тебя, Сириус. Правда, рада.

Отредактировано Maryse Leroy (2012-01-09 23:41:02)

+2

4

Еще очень долго бы Сириус сидел вот так на ступенях перед замком, слушал звенящую тишину и улыбался своим мыслям, которые, несмотря на тяжелые времена, были такими радостными. Он вновь вернется в школу, пройдет по коридорам Хогвартса, увидит те места, где не был уже, казалось, сотню лет. Черт, даже сердце кольнуло, как только мужчина представил, что еще немного и он сможет подойти к любимому старому классу, где четверка друзей так часто собиралась для исполнения своих шалостей, снова увидит гладкую стену, а, закрыв глаза, услышит тихий шорох, означающий, что Выручай-комната по-прежнему помнит его и то, что он вытворял там, внутри. Ооо, хотелось побыстрее испытать все это и плевать на войну, которая неумолимо приближалась, грозя большими потерями, жертвами и кровопролитием. Да, Сириусу было не занимать заботы о самом себе, это чувство всегда перевешивало все остальные. Самодовольный и думающий лишь о своих интересах, что ж, это одно из немногих качеств, которые перешли к Блэку от его ненавистного семейства. Он вздохнул и словно опомнился. Предстоит сделать еще очень многое, но, самое главное, то, что ему придется как-то уживаться в одном замке со своей «обожаемой» сестричкой, которая занимала здесь теперь какой-то важный пост…
- Я уж и забыл какой, - усмехнулся тихо Сириус, словно подчеркивая эту самую важность.
Конечно, Беллатриса всегда строила из себя невесть что, поэтому и сейчас, наверное, так и норовит наказать каждого студента и указать каждому преподавателю как себя вести, применяя не самые гуманные методы действия. Блэк повел плечами, вдруг задумавшись об учениках, которым, помимо, этого чокнутого зельевара, возомнившего себя полноправным директором, приходилось терпеть и мадам Лестрейндж.
Ну ничего, ты у меня еще попляшешь, сучка, - Сириус расплылся в довольной улыбке, уже представляя, как устроит с женщиной бойню прямо где-нибудь посреди коридора в замке. Чтобы все видели, что на самом деле, Беллатриса всего лишь сумасшедшая истеричка и подстилка Лорда, а никакая не сильная волшебница. Блэк никогда не стеснялся в выражениях насчет этой особы и… ах, да, еще и Снейпа. Но теперь надеялся, что сможет воздать каждому из них по заслугам, ведь рядом будет Люпин, его старый добрый друг, от которого всегда так и веяло спокойствием. Который мог поддержать в любую минуту, порадоваться и помочь, посочувствовать… да все, чего только можно желать от настоящего друга! Сириус даже пожалел о том, что Ремус сейчас не с ним.
Надо будет отправить ему сову. Или партонуса… хотя, нет, последнее только растревожит его.
За всеми этими думами мужчина даже не услышал, как массивная дверь отворилась и из замка буквально выпорхнула изящная женщина, француженка, которая тут же присела рядом с Сириусом на ступеньки, а он, ощутив тепло ее тела и знакомый запах, даже не повернулся, заранее зная, кто это.
- Я по тебе соскучился, - хриплым от долгого молчания голосом произнес Блэк и приобнял Марис, прижав ее к себе, - и не даже не вздумай со мной спорить. Я знаю, что мы виделись совсем недавно, но… ты ведь понимаешь, что я скучаю по тебе всегда?
Наконец, мужчина немного отстранился, чтобы заглянуть в ее необыкновенные глаза, притянувшие его когда-то, словно магнитом и невольно облизал губы, отворачиваясь и щурясь от снега, который, падая, попадал буквально везде. На ресницы, на кончик носа и… на ее губы, на которые Блэк не мог смотреть спокойно, вспоминая, как терзал их длинными ночами, как срывал с них жаркие вздохи…
- Красиво, правда? Я так давно хотел показать тебе этот замок, а вышло все совсем не так. Прости, Марис… мне всегда будет казаться, что я в чем-то виноват перед тобой.
Он опустил взгляд и шмыгнул носом, только сейчас понимая, как холодно на улице.
- Надо идти внутрь. В конце концов, я теперь преподаватель и должен получить свои законные апартаменты, - тихо засмеявшись, Сириус посмотрел на Леруа и вдруг резко поднялся, протянув женщине руку, - иди сюда.
Заставив Марис подняться, он вдруг подхватил ее на руки и быстро спустился со ступенек, закружившись вместе с легкой, как пушинка, француженкой прямо под снегопадом.
- Я же мечтал встретить с тобой Рождество! Всегда мечтал, девочка моя, - Сириус, как всегда, был непредсказуем и в эту ночь будто вернулся на много лет назад, когда еще мог называть так милую и непосредственную девушку Марис Леруа.

+3

5

When I think back on these times
And the dreams we left behind
I'll be glad 'cause I was blessed
To get, to have you in my life ©

Марис хотела сказать что-то ещё, но так и не нашла подходящих слов – Сириус притянул её к себе и обнял, сказав что-то начет того, что скучал по ней. Скучал… если бы только он знал, как скучала она. Не только сегодня, но всегда, каждый день на протяжении уже очень многих лет Марис скучала по нему, по тому Сириусу Блэку, которого когда-то называла своим. Она бы с радостью просидела бы так, на морозе рядом с ним ещё очень долго – холод не ощущался, не мешал летевший в глаза снег и порывы ветра, Марис чувствовала только его тепло рядом и с улыбкой слушала его голос.
- Очень красиво, – негромко ответила Мари, а сама просто не могла заставить себя отвести взгляд первой. Эти его невозможные глаза… помнится, добрая половина её знакомых девушек были готовы душу продать за них, а она, счастливица, могла смотреть в них часами. Смотреть не так, как сейчас, а со всей нежностью, на которую только бы способна. Сейчас же Марис, как могла, контролировала свои эмоции, чтобы только не выдать их лишним словом или жестом. Хотя, в любом случае, ей всегда будет казаться, что Блэку все и так ясно. Как всегда.
- Ты ни в чем не виноват, Сириус. Никто не виноват, просто…. Просто так случилось, – с улыбкой соврала Марис, а внутри всё сжалось. Нет, конечно, он не виноват в том, что они оба стали очередными жертвами этой войны. Не виноват в том, что был оклеветан, упрятан за решетку, а она осталась наедине со своей болью. И так же нет его вины в том, что она, отчаянно пытаясь вырвать его из своего сердца, пыталась найти забвение в объятиях других, которых, наверное, любила. Но что эти чувства, по сравнению с тем, как она любила его?...
Нет, он не виноват. Однако именно его Марис проклинала бесконечными бессонными ночами, когда оставалась наедине с огромной саднящей дырой в собственном сердце. Именно его колдографии разрывала на мелкие кусочки и бросала в пламя камина, а потом жалела о содеянном. И именно его лицо она видела в самых кошмарных снах, после которых, проснувшись, ещё долго не могла убедить себя в том, что видела всего лишь дурной сон. Так что же? Он не виноват, но, в то же время, Марис никогда не сможет простить его. Нет, не за прошлое. За настоящее. За то, что теперь вынуждена улыбаться ему и называть своим «лучшим другом», за то, что приходится делать вид, что прежних чувств больше нет, хотя с каждым днем всё тяжелее прятать их в себе.
Наверное, эта одна фраза Сириуса могла запросто испортить то прекрасное настроение, с которым Марис присела рядом с ним, если бы только… если бы только он не был таким Блэком. Сириус встал и протянул ей руку, и женщина подала ему свою, не совсем понимая, что он придумал. В следующее мгновение Блэк уже кружил её на руках, а Марис только звонко расхохоталась, обняв Сириуса за шею, подставляя лицо падающим снежинкам. Она тоже так хотела встретить с ним Рождеством. И пусть Марис - давно уже не девочка, и уж точно не его, - ей просто очень хотелось быть ею.
- Ты прекрасно знаешь, Сириус, что я тоже мечтала об этом. И… мистер Блэк, я требую, чтобы вы поставили меня на землю! Марис смешно задрыгала ножками, заставив Сириуса опустить себя на землю. А потом быстро присела и взяла с земли полную пригоршню снега, прямо так, голыми руками, ничуть не опасаясь замерзнуть окончательно, и, слепив из него снежок, бросила в мужчину. А потом ещё один. И, сидя на корточках, стала забрасывать Сириуса снегом, просто так, как маленькая девочка, давно ждавшая прихода зимы.
Теперь и Марис тоже была очень счастлива. Счастлива быть рядом с ним, дурачиться вместе с ним и видеть, как хорошо ему находится здесь, на территории этого замка, который всегда был для него настоящим домом. И Сириус снова, пусть ненадолго, но вернулся в свои двадцать лет, когда его жизнь ещё не была так жестоко искалечена войной и предательством, когда он просто шел по жизни, смеясь, а она всегда была где-то неподалеку, готовая в любой момент протянуть ему руку. Марис ведь слишком хорошо знала это его выражение лица, которого не видела уже очень и очень давно, и чувствовала, что и сама уже много лет не была так счастлива.
Рождество – и впрямь чудесное время, раз именно этот Сочельник подарил Марис эту бесценную возможность хоть раз поступить, как хочется, а как надо. А хотелось ей только одного – быть рядом с ним и, пускай тихо и незаметно, но, всё-таки, любить его.

Отредактировано Maryse Leroy (2012-01-29 14:51:04)

+3

6

Ему всегда нравился ее смех, Сириус просто обожал переливчатый звон колокольчиков всякий раз, как делал для Марис что-нибудь очень приятное. Значит, ей до сих пор нравилось быть с ним, значит, она не обижалась на то, что вышло именно так и они не смогли стать счастливой семьей, нарожать детишек, как мечтали когда-то очень давно. О, те школьные времена и совсем немного после окончания… пожалуй, это было лучшее, что испытывал когда-либо Блэк. Милая француженка стала для него и любовью всей жизни, и надежной опорой в любой сложной ситуации… всем, чем только могла. Он много раз задавал себе один единственный вопрос: почему? Почему сейчас они не могут вернуть все былое, те чувства, которые буквально накрывали с головой? Все было просто. Сириус не хотел причинять боль этой женщине, она была ему слишком дорога. Вечный одиночка, разбитый после пребывания в Азкабане, до сих пор подавленный, давным-давно разучившийся ухаживать за девушками и уж тем более просить от них чего-то большего, чем обычные поцелуи. Блэк часто стоял у зеркала, тоскливо глядя на свое отражение, и отчаянно желал вернуть все то, что когда-то потерял. Белоснежную улыбку, которой добивался так много, самоуверенный взгляд, легкость движений и еще одно, самое главное – огонек в глазах. Со всем остальным он научился справляться самостоятельно, но для того, чтобы вновь обрести тот потерянный задор, требовался кто-то, кто смог бы подтолкнуть Сириуса. Наверное, поэтому он все-таки решился на встречу с Марис Леруа. Боялся, очень сильно боялся помешать ей, нарушить душевный покой, который она наверняка уже начала обретать после всего случившегося. Тогда, очень давно эмоции от каждой встречи с ней были сильными настолько, что не хватало воздуха. Он думал, что все изменилось… глупый Блэк. Ошибался, потому что даже сегодня ее глаза заставляли се внутри переворачиваться. Еще минута и Сириус вряд ли сдержался бы, Марис, как всегда, успела очень вовремя, попросив отпустить ее. Мужчина тут же остановился и осторожно, словно фарфоровую вазочку, поставил ее на землю, все еще глупо улыбаясь, ощущая, как на раскрасневшиеся щеки падает холодный снег и жжет кожу. Странно, но… он был счастлив. Вот прямо здесь, в этот момент, рядом с входом в замок, ставший ему домом, рядом с той, которая так долго была с ним, да и сейчас не оставляла. Запрокинув голову вверх, Блэк засмеялся, тихо, почти неслышно, совсем иначе, ведь прежде, еще до тюрьмы и всех несчастий, случившихся с ним, он смеялся громко, раскатисто, так, что ему всегда попадало от преподавателей на уроках и в коридорах ночью, где они с Джеймсом вечно будили спящие портреты, которые потом жаловались директору… хорошее было время, но с воспоминаниями нужно заканчивать, иначе у Сириуса опять начнется эта противная меланхолия и нападет апатия ко всему. Бутылка виски, пачка маггловских сигарет и сожаления о прошлой жизни – не самое лучшее время в жизни Блэка. К тому же, он снова будет мучить Марис своими бесконечными рассказами про друзей и семидесятые годы, про свои похождения и прочие прелести…
Но недолго мужчине пришлось мечтать об ушедшем. Мадемуазель Леруа устроила ему настоящую атаку снежками, от чего Сириус громко охнул и, поежившись, тут же рассмеялся и отбежал в сторону, быстро слепив снежок и бросив его в женщину, ловко уворачиваясь от снежков, летящих в него, наконец, подбегая к Леруа и падая вместе с ней прямо в снег.
- Это что еще такое, аа? – он все еще громко смеялся, крепко обнимая Марис и переворачиваясь, чтобы она оказалась сверху. – А потом мне тебя отпаивать горячим чаем и варить специальные зелья, чтобы моя милая француженка быстрее поправилась? Ну уж нет. Сейчас мы пойдем в замок, я отвоюю себе самую лучшую преподавательскую комнату и уложу тебя спать.
Все было сказано без всяких намеков, но Сириус надеялся, что Леруа понимала его. У них уже давно действовал этот негласный договор об обычной дружбе… но что можно сделать, когда она так близко? И ее горячее дыхание почти обжигает губы? Блэк замолчал, не выпуская женщину из объятий, не отрываясь, глядя на нее и невольно приподнимаясь, чтобы быть еще ближе. Он не должен делать этого… они оба будут страдать…
Блэк, опомнись. Ты же обещал себе, - тихо прошептал внутренний голос, но это было бесполезно.
Обняв Марис еще крепче, Сириус поднялся еще выше, заставляя ее сесть к себе на колени и понимая, что дыхание сбивается. Если сейчас не остановиться, то мало что уже можно будет изменить… но Блэк не был бы Блэком. Он едва ощутимо коснулся губами мягких губ женщины и прикрыл глаза, ощущая, как внутри все теплеет, а сердце бьется, наверное, в сотню раз быстрее. Еще секунда и он впивается глубоким поцелуем, забираясь пальцами в роскошные светлые волосы и сжимая затылок, не давая ей отстраниться. Всемогущий Мерлин, если бы они сейчас не были здесь, во дворе Хогвартса!
Резко отстранившись, Сириус облизал губы и опустил голову, прошептав охрипшим голосом:
- Нам пора. Ведь уже ночь, а завтра рано вставать…
Осторожно подняв взгляд на Леруа, он погладил ее по щеке и, не отпуская от себя, встал с земли, тут же обнимая за плечи и целуя в щеку, но, уже не говоря ни слова. Просить прощения за свои действия было бы очень глупо, говорить, как было хорошо – еще глупее.
- А знаешь, я бы хотел, чтобы ты тоже что-нибудь преподавала здесь. Жаль, что Дамблдора нет с нами. Я бы порекомендовал тебя, - улыбнувшись, тихо произнес Блэк и, открыв тяжелую дверь, пропустил Марис вперед, проходя в замок вслед за ней.

------------------------------->>> Black's apartment

+1


Вы здесь » HOGWARTS: UNROMANTIC STORY » Somewhere over the hill » Вход в школу


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC