HOGWARTS: UNROMANTIC STORY

Объявление

http://hplove.rusff.ru/ = все сюда!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HOGWARTS: UNROMANTIC STORY » City ​​of Contrasts » Дом на площади Гриммо


Дом на площади Гриммо

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Этот дом - штаб Орден Феникса и постоянное обиталище Сириуса Блэка.

0

2

_начало

Сириус не спал всю ночь. Это были уже вторые сутки без сна. А еще почти без еды. К сожалению, свои поварские навыки Блэк растерял когда отбывал срок в магической тюрьме и теперь обедал либо в маггловских кафе, либо уважаемой и любимой мисс Бартон все-таки становилось жаль мистера Блэка и она готовила вкуснейшие закуски, от одной мысли о которых у мужчины сейчас сжалось в животе. Или это не от еды... каждое собрание Ордена Феникса теперь навевало на него необъяснимый страх и ужас. Он боялся услышать плохие новости из Хогвартса, где было слишком много дорогих ему людей. Особенно, конечно, Гарри. Если Снейп приносил на хвосте что-то не очень радужное, то риск поругаться с ним в этот вечер был особенно велик.
И вообще Блэк становился каким-то нервным, еще более скандальным, постоянно курил и пил огневиски. Два этих запаха уже прочно впечатались во все его костюмы. В волосах пробивалась седина. Смотря на себя в грязное зеркало, висящее в коридоре, Сириус впадал в отчаяние и чувствовал себя при этом какой-то кисейной барышней. Обычно девушкам лет двадцати позволено оплакивать у зеркала свои набранные килограммы или второй подбородок. А здесь взрослый мужчина с кучей проблем... казалось бы, что должно быть совсем не до внешности... и если бы не она... появление в жизни Сириуса Элизабет Бартон изменило многое. Можно сказать, всю его жизнь. Теперь он делил прожитое уже не на две, а на три части. Юность - Азкабан - Элизабет. Да, вот так странно. Но тихая Лиз была лучиком солнышка в этой беспросветной бездне. Только она, Люпин и Тонкс могли успокоить расшатавшиеся нервишки Блэка, отобрать у него очередной бокал виски и строго сказать "хватит".
Сейчас Сириус сидел в гостиной, выкуривая одну сигарету за другой и смотрел в окно невидящим взглядом. Как ни странно, именно сегодня Кикимер решил прибраться и именно в гостиной.
- Уйди отсюда, я хочу остаться один, - бросил эльфу Блэк и затянулся, не сводя глаз с окна, за которым крупными снежинками ложился снег.
- Хозяйка приказала мне вычистить всю грязь за погаными грязнокровками, которые были здесь вчера, - пробурчал себе под нос домовик и, как ни в чем не бывало, продолжил вытирать стол какой-то невероятно грязной тряпкой.
- Твоя хозяйка сдохла много лет назад!! Я сказал тебе уйти отсюда, чертов эльф! - заорал Блэк и вскочив с кресла, угрожающе навис над Кикимером.
- Ах ты, предатель! Неверная скотина! Ты опозорил мой род!! - это послышался голос Вальбурги из гостиной.
Сириус закатил глаза и сморщившись, сквозь  зубы проговорил:
- Иди, проснулась твоя любимая мамочка. Вычисти лучшее ее портрет, чтобы она больше не орала как резаная.
Вдруг во входную дверь постучали. Сириус мгновенно прислушался к звукам. Это был тот такт, который знала только она. Элизабет.
- Может быть, мне открыть дверь, хозяин? - противным тоном спросил Кикимер и поклонившись, опять начал бормотать себе под нос проклятия.
- Лучше тебе убраться отсюда по-хорошему, ты понял?! - уже оглядываясь, ответил Сириус и побежал к двери, чтобы сначала открыть тысячу засовов и замков, а уже потом...
- Лиз, родная моя, - и самый лучший поцелуй, такой долгожданный и сладкий...

+3

3

>>>Начало игры<<<
В лицо ударил порыв ледяного ветра, когда Элизабет трансгрессировав, оказалась в маггловском переулке, возле площади Гримо. Не смотря на то, что ночь давно уже закончилась, на улице было довольно темно и мрачно; зимний холод оказался неприятным сюрпризом после теплого воздуха ее комнаты, но девушка едва обратила на него внимание. Трансгрессия в маггловское место была, конечно, не самым умным ее поступком, но она почему-то никак не могла приспособиться к появлению сразу на ступеньке нужного ей дома, поэтому предпочитала этот, уже хорошо знакомый ей переулок. Маловероятно было что ее там кто-нибудь заметит, разве что какой-нибудь пьянчуга, да если и заметит, то сомнительно что он поверит своим глазам. Быстро оглядевшись и убедившись что ее внезапное появление действительно не привлекло к себе лишнего внимания, она вышла из-за угла и, пересекая площадь, направилась к домам номер 13 и номер 11. Явление перед ней из ниоткуда дома номер 12 стало настолько привычным, что на этот раз Лиз почти не обратила на него внимания.
Куда больше сейчас ее волновало происходящее в этом доме. Сегодня вечером должно было проходить собрание Ордена Феникса; непривычно было считать себя его членом, одной из первых узнавать новости про Пожирателей и Того-Кого-Нельзя называть. Еще буквально месяц назад все известия, которые она получала из газет, все, что она узнавала от кого-то из коллег в Министерстве или от кого-то из знакомых, было лишь чьими-то догадками, предположениями или же, что еще хуже, чьей-то намеренной попыткой ввести магическое общество в заблуждение. Теперь же все, что слышала Лиз на собраниях, она без труда могла принять на веру, так как не сомневалась, что все члены Ордена заинтересованы лишь в распространении правды и защите людей от сторонников Того-Кого-Нельзя-Называть.
Состоять в какой-то организации, зависеть от других людей, проводить вместе с ними немало свободного времени, было настолько непривычно и странно для нее, вызывало столько противоречивых эмоций, что Элизабет, наверное,  давно сбежала бы от всего этого, не будь рядом Сириуса.
Сириус.. Она чувствовала свою зависимость от него; с каждым днем все большую и большую - буквально слышала его мысли в своей голове, и что было наиболее странным и нетипичным для Лиз - ей это нравилось. Здорово было знать, что есть кто-то готовый. да буквально на все ради нее, и отвечать такой же самоотдачей. Ей просто не верилось что она, вечная одиночка Элизабет, имеет кого-то с кем можно разделять мысли и чувства. Так неожиданно.. и приятно.
Нет, она любила раньше, безусловно любила, но сейчас казалось это был лишь отголосок настоящей любви, будто бы ей просто необходимо было кого-то любить, отдать кому-то свое сердце. И теперь она понимала, что выбор тогда был сделан не лучшим образом.
Наконец, добравшись до двери, Лиз, с замирающим сердцем постучала. Она всегда использовала особый ритм, как бы давая хозяину дома знать, что пришла именно она. Еще одна сближающая их с Сириусом, казалось бы такая мелкая, но в то же время так много значащая для нее деталь.
Ждать пришлось не долго, дверь отворилась буквально через несколько секунд, после звука открывающихся металлических засовов и замков. Как все-таки давно они не виделись, как мало времени проводили вместе, как успевала соскучится Элизабет. Но ради вот этих самых моментов - когда при встрече замирало сердце и поцелуй казался особенно прекрасным: таким нежным и долгожданным, казалось, стоит ждать и иногда разлучатся.
Элизабет обвила шею Сириуса, не желая прерывать поцелуй. Затем посмотрела ему в глаза - выглядел он жутко уставшим и едва живым, хотя и улыбался. Так хотелось, чтобы он наконец смог жить нормальной, полной жизнью, она готова была сделать для этого что угодно, знать бы только что. Она снова поцеловала его, а затем выпустила из объятий:
- Как ты? - понимала что вопрос довольно глупый: ну как могут быть дела у человека, запертого в огромном дому с чокнутым домовиком и маразматической мамашей-психопаткой, но не могла не спросить.
Миссис Блэк что-то кричала из своей картины, как ни странно Лиз уже почти привыкла к ней. В доме кажется не  было никого кроме их с Сириусом ну и еще Кикимера, к которому Элизабет не испытывала никаких эмоций, кроме неприязни за его отношение к хозяину дома. Конечно, она бы предпочла, чтобы эльф заботился о Сириусе, ему сейчас это было нужно. Хоть какая-то забота, кто-то, кто всегда готов прийти на помощь. Сама Лиз вечно была то на работе, то дома, не имея возможности всегда быть рядом с любимым. При воспоминании об эльфе в голову пришла новая неожиданная мысль и она чуть не стукнула себя по голове. Она как всегда забыла захватить с собой что-нибудь из еды - слишком спешила увидеть Бродягу, чтобы думать о чем-то кроме предстоящей встречи. А он ведь наверняка ужасно голоден. Вот эгоистка! - пронеслось в голове. И продуктов здесь точно никаких нет, приготовить не получится. У нее дома оставалась нетронутая яичница - можно было телепортировать, но она тут же вспомнила, что на Гримо лежит заклинание доверия, и перенести что-то не получится.
- Ой, - вырвалось у нее - Сириус, прости, совсем забыла про еду. Вот черт. - Элизабет разрывалась между желанием расплакаться и необходимостью бежать куда-то за продуктами для завтрака.

+2

4

Нет, он ее больше никогда не отпустит. Так и будет держать при себе, словно маленькую девочку, словно дочку... а ведь по возрасту она почти могла быть таковой. Сириус содрогнулся от этой мысли. С самого начала Ремус говорил ему, что эти отношения не доведут до добра, "слишком большая пропасть между вами". Конечно, кто бы говорил. А сам что? Никак не может определиться что ему нужно и до сих пор морочит голову Нимфадоре...
- Да ладно. Побуду без еды еще денечек, не привыкать, - хмыкнул Блэк и зарылся носом в волосы Элизабет, пахнущие чем-то приторно-сладким и безумно приятным.
Ох... такие минуты сводили его с ума. Сириус сразу же позабыл о еде, воде и дыхании. Сладко заныло где-то внизу живота... да, он слишком давно ее не видел, но нельзя же прямо здесь, в прихожей, почти перед портретом его сумасшедшей мамочки? Хотя. Почему нельзя? Сириус любил позлить Вальбургу, специально разбив фамильный фарфор прямо перед носом этой сумасшедшей истерички. Она не оставляет его даже после своей смерти, так почему бы Блэку не воспользоваться ценным моментом? В его глазах блеснул дьявольский огонек и одним резким движением Сириус прижал Лиз к стене.
- Никуда не пущу, детка, - горячий шепот на ушко, а руки уже бессовестно изучают ее тело и стараются изведать самые запретные места, - хочу тебя. Здесь и сейчас, Бартон. Не могу больше ждать...
Вместо связных слов из горла рвался хрип, уже смешанный с просьбой будто маленького ребенка, которому долго не отдавали его конфетку. Но это был больше, чем простой каприз, как бывало со многими барышнями, которых приводил в этот дом Сириус. По телу пробежала дрожь и он понял, что вряд ли сможет держаться еще хотя бы минуту. Его рука была уже на пуговке блузки Лиз, как сзади послышался невероятный грохот и шум. Сириус резко обернулся и увидел на лестнице Кикимера, который опять что-то бормотал себе под нос и собирал по всей лестнице фамильное серебро, которое до этого нес на таком же серебряном подносе. Зачем он таскал его из комнаты в комнату - непонятно, но всегда голос Вальбурги Блэк не заставлял долго ждать и вот...
- Сириус Блэк! Снова ты нарушаешь покой этого дома?! Это ты во всем виноват! Кто это с тобой?? Очередная поганая грязнокровка?! Убери ее отсюда! Убери, иначе я...
- Иначе что ты?? Что ты можешь сделать, чертова фанатичка? Даже сейчас ты не можешь оставить меня в покое! - Сириус разгорался от одного лишь слова своей матери и сейчас трясущимися руками уже шарил за пазухой, пытаясь нащупать палочку.
Цель была достигнута, он схватил палочку и наведя ее на портрет, прокричал:
- Инсендио! Ты когда-нибудь сгоришь все-таки! Я тебе это обеспечу, старая маразматичка!! Ненавижу!! Ненавижу этот дом и всех, кто в нем есть!
- Кикимер! Быстрее, Кикимер! - Вальбурга истошно завопила, одновременно пытаясь задуть огонь и прокричать хотя бы еще одно проклятие вслед своему сыну.
Сириус крепко схватил за руку Элизабет и буквально потащил ее в свою комнату. Только одно место в этом доме не вызывало столько отвращения и ненависти. Только здесь, среди выцветшего гриффиндорского флага, старых фотографий четырех друзей, плакатов с полуголыми красотками, вырванных из маггловских журналов мужчина чувствовал себя спокойно. Нет, в душе все равно творилось непонятно что. Это было похоже на не утихающую бурю...
- Заходи, - его голос был похож на то, как скулит собака, - хотя бы здесь нас никто не тронет. не могу так больше, Лиз, не могу...
Он обнял девушку и закрыл глаза. Тут же в мыслях проплыли красивые картины... светит яркое солнце, Сириус идет босиком по зеленой траве, а его маленькая Лиз идет рядом и ведет за ручку черноволосого мальчика. Точная копия своего отца и только улыбка - мамина. Такая же нежная и добрая.
- Хочешь, я увезу тебя куда-нибудь далеко-далеко отсюда? - прошептал Сириус и посмотрев в глаза Элизабет, провел пальцем по ее щеке.

+2

5

- Никуда не пущу, детка - это прозвучало так серьезно и уверенно, казалось так естественно и правильно; в этот момент Элизабет готова была поверить, что действительно останется здесь с Сириусом навсегда. Здорово было когда он обнимал ее, когда был так близок к ней..
Лиз почувствовала желание, его страсть мгновенно передалась ей. Она успела только подумать, что должны прийти другие члены Ордена Феникса, а в следующий момент принялась помогать ему расстегивать свою блузку, ненавидя себя за выбор одежды, но, не успели они одолеть даже верхние пуговицы, на лестнице послышался грохот и Сириус резко обернулся. Лиз разочаровано выдохнула, она терпеть не могла подобных вмешательств в личную жизнь, что в этом доме происходило чаще чем положено. Она конечно наслышана, что отношения с тещей редко бывают приятными, но поведение портрета миссис Блэк выходил за все рамки. Да и Кикимер редко появлялся в нужный момент, исполняя все прихоти своей чокнутой хозяйки. Теща.. черт! Невольное мысленное обращение к матери Сириуса оказалось неожиданным для нее самой, Элизабет раньше так ее не называла даже про себя. Или называла? Как порой удивляют нас собственные мысли, как шокируют и напрягают.
Решив, что подумает об этом завтра, Лиз вернулась к действительности. Сириус, достав палочку и направив ее на портрет матери, кричал на нее. В такие моменты, когда он сильно злился, ругался с кем то, Элизабет открывала в нем нового, незнакомого ей Блэка. Наверное, того самого, который сидел тринадцать лет в Азкабане, затем сбежал оттуда; того, который скрывал в себе злость и боль всех прожитых лет, в котором оставалась какая-то замкнутость  угрюмость, пропадавшая обычно в те моменты, когда с ним была Элизабет. Этот Сириус совсем ей не нравился, как ни старалась она не обращать внимания на подобные его срывы, как ни старалась их принять - он пугал ее, и Лиз ничего не могла с этим поделать. Поэтому сейчас она просто стояла и следила за его действиями, смотрела как он без колебаний поджег портрет Вальбурги и слушала как он срывает на ней злость. Хоть девушка и знала, что причинить вред портрету невозможно, она бы ох как много отдала за то, чтобы он все-таки сгорел.
Она почувствовала. как он схватил ее за руку и они в быстром темпе отправились в его комнату. Это была лучшая комната в этом мрачном старом доме, такая родная, будто Лиз провела здесь всю жизнь. Нравилось сидеть здесь с Сириусом.
- Не могу так больше, Лиз, не могу... - Сириус, казалось выдыхался, Элизабет снова обратила внимание на то, какой он уставший и похудевший. Она ответила на его объятья, стараясь вложить в них всю свою любовь, провела рукой по черным волосам. Глаза Сириуса были наполнены грустью, девушка никогда не видела подобного выражения у других людей.
- Хочешь, я увезу тебя куда-нибудь далеко-далеко отсюда? - девушка грустно улыбнулась и взяла его руку, продолжая держать ее прислоненной к своей щеке.
- Ты же знаешь, что хочу. Всегда хочу... с тобой - угрюмо сказала она. Да, далеко мы уедем...
Лиз улыбнулась и тихо добавила: - я очень соскучилась. Она села на кровать и осмотрела комнату, после ее последнего визита ничего не изменилось. Здесь никогда ничего не менялось. Это придавало ей какой-то уверенности.

+2

6

Сириус присел рядом с Элизабет и поцеловал ее плечо. Когда она была рядом - на душе было удивительно спокойно и все проблемы уходили куда-то очень далеко. Лишь одно не давало покоя - как там Гарри, что он сейчас делает и где находится. Слепо верить в то, что парень будет сидеть на одном месте и не предпринимать никаких попыток вырваться из замка, было глупо. Надежды почти не было и оставалось только ждать вестей из Хогвартса, которые всегда приносил Снейп. но ведь собрание еще так не скоро... до этого времени у Блэка сердце вырвется наружу.
- Лиз, ты не представляешь, как я боюсь за Гарри. Почему никто толком не может объяснить мне где он? Почему с ним нельзя связаться? Если так и будет дальше продолжаться - я предприму попытку пробраться в замок. И плевать я хотел на кучку чокнутых Пожирателей! Хорошо еще, что там нет моей сумасшедшей сестрички... иначе я бы убил ее на месте. Задушил бы без всякой палочки и скинул с Астрономической башни Хогвартса.
Держа девушку за руку, Блэк почувствовал, как она напряглась и сжала его пальцы еще сильнее. Немудрено... в такие моменты Сириус не узнавал сам себя и поверить не мог, что такие вещи говорит именно он. Но таковы были отношения, точнее их отсутствие с Беллатрисой Лестрейндж. Эта женщина вызывала у Сириуса такую ненависть, что, встретившись с ней, он был готов разорвать ее на куски, а потом еще и разбросать их по разным местам, чтобы никто не мог собрать.
- Прости, Элизабет. Иногда я сам не понимаю, что говорю и делаю. К сожалению, так сложилось и ничего нельзя исправить. В душе, где-то очень глубоко, мне бы очень хотелось все вернуть. Да, представляешь? Я, наверное, идиот.
Нет, Блэк, просто у тебя никогда не было нормальной семьи. Пора бы уже признаться хотя бы самому себе, а не искать дурацкие предлоги.
Сириус встал и начал ходить по комнате, меряя ее шагами. Голова трещала от избытка мыслей, тело ныло от того, что Блэк не ложился уже почти двое суток, а только и делал, что ходил по дому, сидел в кресле с бокалом огневиски или ругался с Кикимером, потому что тот, в очередной раз начинал отчищать портрет Вальбурги, осыпая всю пыль на пол и без того жутко грязный.
- Сколько у нас осталось времени до собрания? Я не могу больше сидеть здесь в неведении! Хочу помочь хоть чем-то... это жестоко - оставлять меня здесь... хорошо, что у меня есть, ты, Лиз.
Он снова сел на кровать и обнял Бартон, потом, как будто очнулся ото сна.
- Мерлин всемогущий, я даже не спросил как ты добралась! Думаю только о себе... мне нельзя этого прощать...
Он притянул Лиз к себе и поцеловал. Ее губы Сириус был готов ощущать на своих целыми днями и ночами, не отрываясь. Сколько раз он мечтал о том, чтобы его Элизабет всегда была рядом..
- Милая.. я давно хотел сказать тебе кое-что. Если ты, конечно, согласишься. Это не слишком приятное предложение, но все же. Мне очень хотелось бы, чтобы ты жила со мной, здесь, в этом доме. Здесь паршиво и гадко, даже моя комната не вызывает кучу положительных эмоций, но я постараюсь обеспечить тебе все, что только будет нужно. Ты не пожалеешь. По крайней мере я надеюсь на это. Когда ты сидишь вот так, рядом со мной, у меня появляется стимул для того, чтобы жить и не чувствовать себя абсолютно никому не нужным.

+1

7

Ты аппарировала к штаб-квартире и поежилась. На улице было холодно, и завывающий ветер закрадывался ледяными пальцами под одежду и будто лез в самую душу, остужая походу все, до чего мог дотянуться. Ты накинула капюшон себе на голову, и спрятала замерзшие пальцы в карманы. Иногда ты жалела, что Молли не могла настоять на своем, и не впихивала тебе теплые варежки. Но с другой стороны, даже если бы она положила их тебе в карманы насильно, то чисто из-за принципа, ты бы не одела их, даже в минус сорок. Хотя, как знать. Ты оглянулась – дорогая пустая. Стала, было, ее переходить, как резкий визг колес, яркий свет фар, и летящая на большой скорости машина – и прямо на тебя. Ты даже ругнуться не успела, как так, почему в таком тихом районе такие ненормальные водители, будто Шумахеры был болида. Поэтому постаравшись набрать «скорости» сделала шаг пошире, и как обычно по Закону Мирового Свинства нога попала на уже хорошо подхватившуюся льдом лужу. И следующие двадцать секунд можно описать примерно так: «Упс.. Ооой.. Аа-а! Бах! Уу-у..». И вот, ты сидишь возле бордюра, прямо на своей мягкой точке которая получила очередной незаслуженный синяк. Сама вся в снегу, тебе больно, обидно и со злости, ты поскорее встала, и пока задние фары скрывающейся за поворотом машины все еще освещали тротуар, ты показала вслед язык. Довольно весело это, наверное, смотрелось со стороны, но не Авадой же этих магглов. Хотя, на некоторых и не только ей хотелось отыграться.
Ты старательно стала отряхивать свою пятую точку от успевшего пристать снега, при этом с грустью думая о том, что был бы тут Римус, он бы словил тебя. Ну, или на крайний случай поднял, и было бы не так обидно. А потом в обнимку, вы зашли бы в дом твоих «дорогих» родственничков, и все бы стало на свои места, когда увидели бы Блэка. Кстати о нем. Небось заскучал уже. Ты аккуратненько передвигаясь дойдешь до двери, и зайдя в дом опять споткнешься. Бабушка Вальбурга заорет как ненормальная снова, и оповестит жителей, что кто-то /кто же еще, как не ты?/ пришел в дом.
-Сириус, это я! – ты крикнешь Блэку разуваясь, и кидая мокрую, от растаявшего снега, куртку на тумбу. Быстренько, обходя все опасные для тебя углы, ты найдешь дядьку и обнимешь его – ну, как ты тут?

+1

8

У дверей дома №12 на площади Гриммо раздался очередной лёгкий хлопок. На улице кто-то будто разбил флакончик розовой воды: тонкий запах благородного цветка тонкими воздушными струйками потёк меж фонарей, покрытых изморозью миртовых кустов и слился в одном потоке с позёмкой. Несмотря на всю конспирацию, этот запах неизменно выдавал присутствие Флёр Уизли-Делакур. Девушка зябко поёжилась под порывом студёного ветра, плотнее запахнула на себе полушубок и отряхнула с сапог снежную пыль. Она не сразу открыла знакомую дверь, пару минут оглядывая улицу: уже несколько месяцев Флёр не появлялась на собраниях Ордена – отряд справлялся пока с насущными проблемами и без участия чуть заносчивой внучки вейлы, которая при первом знакомстве производила впечатление неженки. Но сегодня обстоятельства потребовали того, чтобы Орден собрался едва ли не в полном составе и миссис Уизли (экс-мисс Делакур) была вынуждена оставить полюбившиеся ей домашние хлопоты. Время, проведённое в добровольном отшельничестве, сделало Флёр несколько мнительной, поэтому она десять раз убедилась в том, что за ней нет ни «хвоста», ни слежки и лишь затем скользнула в узкий дверной проём. Очень нехотя скинула девушка с плеч нежный тёплый мех и передала возникшему перед носом эльфу, который вместе с полушубком был похож на крупного пасхального кролика с лысыми ушами, торчащими врастопырку. Шторка, прикрывавшая массивный портрет в коридоре слегка заколыхалась и Флёр торопливо придержала её рукой – несмотря на то, что госпожа Блэк относилась к появлениям Делакур достаточно лояльно, прощая той бабушку-вейлу, девушке совсем не хотелось выслушивать унизительные нравоучения истеричной старушки. Убедившись, что почившая мадам, нетерпеливо поерзав в раме, успокоилась, Флёр отпустила шторку и на цыпочках пошла на голос Нимфадоры, который десятком звонких колокольчиков звучал, казалось, из всех комнат дома.
- Bonjour, mes cheris. – тихий нежный голос звучал одновременно приветливо и настороженно. Делакур тревожило то, что в гостиной в назначенный для встречи час находились лишь Сириус и Нимфа, что вызывало дурные мысли и наводило неприятные предчувствия. – К сожалению, Билл сегодня либо сильно опоздает, либо не пгистоединится… Сгочные дела в «Гринготтс». – девушка незаметно выдохнула. Слава Мерлину, ей удалось не перековеркать название банка. Пожалуй, за год работы это было единственное слово, которое она научилась выговаривать чисто и без парижского акцента, который старательно пыталась вытравить из речи. – Но я обещаю потгудиться и за себя, и за мужа. За прошедшие месяцы я задолжала Ордену не одного Пожи'ателя… - Делакур не сдержала кокетливых ямочек на щеках и слегка разрумянилась от удовольствия – в стенах дома №12 она вновь ощущала себя не благоразумной супругой Билла, а юной девчонкой, которая умудрялась в Шармбатоне совмещать примерное поведение с тысячей проказ. – Я только попрошу чашку чая у любезного хозяина – у его домовика слишком су'овый вид, чтобы обращаться к нему с пгосьбами.

Отредактировано Fleur Weasley-Delacour (2011-07-19 21:36:48)

+3

9

Римус задумчиво шел по улице, изредка бросая быстрые взгляды по сторонам. Можно было конечно аппарировать, но он хотел пройтись и о многом подумать. А именно о том, что делать и чему посвятить свою жизнь. Работа в Ордене, конечно, затягивала много сил, но Люпин все-таки был оборотнем, а значит, ему нужно срочно занять себя чем-нибудь еще. Для начало он посветил себя изучению своего второго я – оборотня. И вывел интересную закономерность. Сущность волка в нем никогда и не засыпала, он просто не умел его слушать. Люпин постоянно боролся сам с собой, стараясь загнать в рамки, сделать что-то, чтобы перестать, наконец, бояться, что кому-то причинит вред. Однако оказалось, что делать нужно было прямо противоположное. Нужно было постараться договориться со своим вторым я, попытаться понять и объединить две сущности. У него даже мелькнула мысль, а почему этого никто не делал до него. Но потом он ее быстро отбросил, так как понял, что половина, так же как и он сопротивлялись, остальная не сопротивляющаяся половина обычно была на другой стороне. Вздохнув, Люпин поднял голову, и только тут понял, что уже подошел к дому. Остановившись возле самой двери, он замер на какое-то время. Сколько всего произошло, и смерть Джеймса, и Сириус в Азкабане. Все это казалось таким диким и непонятным. Ну не хотел Римус верить, что Бродяга может предать друзей. Пусть даже все доказательства указывали на это. А потом вспомнился год, когда он преподавал в Хогвартсе. И как увидел на карте Мародеров Питтегрю. И все сразу же стало на свои места, а на сердце и душе стало легко. Потому что он всегда подозревал, что Питер был не просто крысой-анимагом, он и сам в душе был порядочной крысой. А потом Римус развил такую деятельность, что совершенно забыл о зелье. И конечно, полнолуние подкралось незаметно и в самый ненужный момент. В тот раз он еще сопротивлялся своему внутреннему зверю, а так как это, как оказалось, все равно что его второе я, то контролировать он себя не мог, и то, что было позднее не помнил совершенно, полностью занявшись попытками не выпустить зверя на свободу, и получив совершенно обратный этому результат. Потом его как обычно долгое время терзали раскаяния, а с подачи профессора Снэйпа, пришлось покинуть преподавательский пост. Что кстати его нисколько не удивило, хотя если сказать честно, отношения с Северусом очень сильно изменились. Что уж говорить, Римус при взгляде на Снэйпа порой даже становилось стыдно за то, что они вытворяли в молодости. Как будто тот молодой парень был в чем-то виноват. Вздохнув, Римус снова взглянул на дверь, перед которой стоял. Сириус, он же Бродяга, он же лучший друг. Его падение некоторое время назад Сириус падает в Арку Смерти. С каким трудом ему тогда удалось удержать Гарри, чтобы он не бросился в арку за крестным. Хотя нет, с каким трудом удалось удержать самого себя, чтобы не сигануть следом. Один из оставшихся лучших друзей, Бродяга, покинул этот мир. Люпин держался, про себя прокручивая все моменты, когда и что он сказал не так. Он держался ради Гарри, которому было не менее тяжело. А потом случилась та встреча, и Римус сразу понял и поверил, что перед ним Бродяга, и что он жив. Как оборотень, он всегда умел хорошо чувствовать правду и ложь. В тот раз он так стиснул Бродягу в дружеских объятиях, что тот еще долго потирал бок и косо смотрел на него. А Римус лишь улыбался, чувствуя, что жизнь вновь входит в привычную колею. Вот и сейчас, снова собрание Ордена, нужно будет обсудить много дел, решить, что и кому нужно делать. Римус решительно открыл дверь и вдруг услышал знакомый голос. По лицу тут же расползлась счастливая улыбка, и Люпин быстро двинувшись вперед, подхватил свою Нимфу на руки.
- Ну и почему меня не дождалась? – улыбнулся он, и тут же втянул носом воздух.
От любимой чувствовался запах крови, но такой легкий, скорей всего где-то упала и содрала кожу. А еще чувствовалась обида и легкая боль. Теперь, после того, как он пытается договориться и кстати у него получается со своим вторым я, запахи стали ощущаться ярче, а еще появилось какое-то чувство, что он как запахи ощущает эмоции. Римус опустил свою Нимфу на пол, продолжая обнимать.
- Что случилось? Ты в порядке?
Он почувствовал, какие у нее холодные руки, и, прижимая к себе, пытался согреть теплом. Потом повернулся к Сириусу. Все-таки он был чертовский рад, что Бродяга снова в строю. Они еще устроят Тому-Кого-Давно-Уже-Пора-Послать счастливую жизнь, не будь они Мародерами. Эта сволочь безносая им еще задолжала за смерть Сохатого, и Римус был уверен, что Сириус тоже горит желание прихлопнуть эту пакость. Чуть отвлекшись от мыслей, продолжая обнимать любимую, Римус огляделся.
- Бродяга, ты решил заморозить картину своей матушки? Сомневаюсь, что это поможет, я уже выслушал все, что она думает обо мне, тебе и всех обитателях дома в частности.
Римус легко улыбнулся Флер.
- Флер, я надеюсь, твоя задолженность не толкнет тебя на безрассудство, и ты не будешь стараться перебить всех Пожирателей вокруг себя, не задумываясь о своей жизни.
Голос Римуса был спокоен и собран. Он огляделся вокруг, ища этого маленького Кикимера, который ворчал постоянно так, как будто это была его работа.
- Да и я тоже не отказался бы от чего-нибудь горячего, - чуть улыбнулся он. – Где у тебя этот сумасшедший домовик?
Согревая дыханием ушко Нимфы, Римус тихо шепнул.
- Ты что-нибудь будешь?

+3

10

Хогвартс, Большой Зал -------->
Туманные воспоминания, как застарелая боль, снова напоминали о себе, пока он шел от дверей замка к охраняемой защитными заклинаниями границе, чтобы за ней аппарировать. Он не стал аппарировать сразу на площадь Гриммо - сам не знал, почему. Он не горел желанием шататься по Лондону и встречать удивленных его внешнему виду прохожих, но почему-то, концентрируясь на заклинании, представил перед глазами совсем другое место - он даже не помнил название улицы, он помнил лишь небольшое маггловское кафе на углу, которое так привлекло его внимание. Чем? Он и сам не мог бы сказать. Кафе в старом французском стиле, с уютными деревянными столиками на улице и внутри помещения, все в кофейных и светло-оранжевых тонах, неяркая вывеска и рыжая официантка, выносившая на подносе креманки с темным мороженым парочке, сидевшей рядом со входом. Ветер овевал её волосы, набрасывая пряди на лицо, но она, стиснув губы, продолжала идти, крепко зажав пальцами поднос, чтобы не дай Бог не выронить его. Когда это было? Кажется, несколько лет назад, когда на него снова нахлынули неприятные сердцу воспоминания. Хотя, нет... Они были приятными, но от них становилось нестерпимо больно.
Почувствовав асфальт под ногами, мужчина открыл глаза - да, это то самое место. Нужно обойти этот дом, рядом с которым он появился, свернуть налево и сразу же перед глазами окажется то самое кафе. Почему-то с замиранием сердца он разворачивался, ища глазами знакомую вывеску. Но её не было, как не было больше того уютного заведения. На двери помещения висела потертая табличка, но на ней ни слова не было написано. Большие окна от пола до потолка завешаны старой тканью, на месте, где раньше стояли уличные столики с зонтиками, ничего, кроме затоптанного снега и какого-то мусора. Северус тяжело вздохнул, как будто это кафе и впрямь что-то значило для него. Он никогда не был в нем, хотя иногда хотелось зайти, но он боялся привлекать внимание. Он лишь однажды видел ту рыжую официантку, которая так приглянулась ему. Что с тобой происходит, старый ты дурак? Зачем оно тебе? - он знал, что его могут закрыть, он знал, что никогда туда не войдет, не станет пить маггловских напитков, но почему сейчас, осознавая, что теперь никогда больше не увидит этого заведения, он сильно расстроился. Так, что хотелось кому-нибудь нагрубить. Тогда поторопись в Штаб, Северус - там найдутся желающие нарваться на твою брань, - хмыкнув, подсказал внутренний голос. Мда, лучше бы он сразу аппарировал к дому на площади Гриммо. Теперь придется пройти почти два квартала по этому белому снегу..
Какого Мерлина тебя потянуло сюда, Снейп? Наверное, я никогда не изменюсь. Я всегда буду таким.. как говорил Блэк? Нюнчиком? Или Нюниусом? Без разницы, суть-то не меняется. Мне никогда не удастся избавиться от дурацких предрассудков, от этих воспоминаний о Лили, о Джеймсе... До чего докатился! - он в сердцах топнул ногой и по щиколотку провалился в снег - влага попала в ботинок, намочила край брюк. Северус остановился, чтобы оттряхнуть ноги от прилипшего снега, но настроение теперь стало еще хуже - кому приятно идти в такой холод с мокрыми ногами? Невольно плотнее закутавшись в мантию, он побрел дальше, немного ускорив шаг. Пятнадцать минут он шел в молчании, обходя редких в такую рань прохожих на некотором расстоянии, и наконец подошел к огромному дому, в котором между квартирами 11 и 13 не было ничего, кроме глухой стены. Для него, разумеется, стены раздвинулись, открывая взору дверь с номером 12. Снейп быстро прошел из прихожей в гостиную и, оглядев всех присутствующих, сухо поздоровался.
- Утра, - слегка кивнул и почему-то посмотрел себе на ноги - ботинки оставались в снегу. Неторопливо достав палочку из рукава мантии, направил её на обувь, счищая остатки снега и высушивая ноги - так стало намного теплее и приятнее, хотя Сев мало придавал значения физическим неудобствам. Он снова поднял глаза на тех, кто уже был в гостиной - народу было довольно много, а это могло означать только одно - собрание Ордена. И его, как впрочем и всегда, никто не предупредил. Очень интересно.
- Позвольте узнать, чья задница пожалела отправить ко мне сову с парой строк о назначенном собрании? - не скрывая своего гнева, спросил он, грозно сверкнув глазами, - Скажите спасибо, что неотложные обстоятельства привели меня сюда. А ведь в ином случае вы могли остаться в неведении, и не узнать, что теперь Беллатрисса Лейстрендж преподает в Хогвартсе, - каждое слово он выговаривал четко, как будто желая впечатать их в головы присутствующих, чтобы смысл дошел до них не сразу, но произвел нужный эффект. Северус, как всегда, избегал взгляда Блэка, хотя почему-то именно сегодня ему удавалось это с трудом. Настроение было не то, видимо.

+2

11

Сириус пытался уснуть в своей спальне, то накрываясь одеялом, то вылезая из-под него. Где-то на чердаке завывал ветер, да так громко, что спать было попросту невозможно. Несколько раз Блэк чертыхнулся и все-таки выудил из прикроватной тумбочки начатую бутылку виски. Надо же было чем-то заняться, пока в его доме ожидались гости… про себя мужчина давно отметил, что ему до смерти надоели эти собрания, по поводу и без, скопления народу… иногда просто хотелось побыть в тишине. Или с кем-то близким. Да, конечно, весь Орден был для Сириуса большой семьей, за многие годы они все сдружились, но… хотелось чего-то другого. Может быть, даже семьи и детей. Чтобы по этому дому бегали мелкие отпрыски Сириуса Блэка, смеялись, наполняя ненавистное жилище смыслом и вдыхая в него жизнь, которой не было уже очень давно. Но глупо вот так сидеть и мечтать о том, чего никогда не будет. Он знал, что не сможет сделать счастливой ни одну женщину, пока у него в сердце живет один человек. Именно ему сейчас принадлежала душа Блэка. Больно было осознавать, что именно Снейп стал тем самым человеком. Не какая-нибудь милая, добродушная домохозяйка или пусть даже отъявленная стерва. Черт, да вообще не женщина! Это пугало, но вместе с этим согревало, и мысли снова заполнялись воспоминаниями. Каждый вечер, каждую ночь, стоило только Блэку остаться совершенно одному, как мысли уносили его в пустой класс почти двадцать лет назад.
Сириус опомнился, когда услышал откуда-то снизу знакомый и такой родной голос. Это была, конечно, Нимфадора. Быстро спустившись по лестнице, Сириус обнял любимую племянницу и уже хотел пригласить ее в гостиную, чтобы рассказать о своих делах, точнее об их отсутствии, как в дверях появилась Флер. О, мимо этой девушки Блэк никогда не мог пройти спокойно.
- Здравствуйте, мисс Делакур, - он подмигнул девушке и поцеловал ее ручку, - девушки, вы просто не представляете, как я рад видеть вас здесь. Еще несколько часов и я покрылся бы плесенью, как и весь этот милый особнячок.
На последних словах Сириус поморщился и оглядел гостиную. Странно, но сегодня Кикимера можно было похвалить. Он хотя бы убрал паутину по половину потолка и поставил почти новые свечи на люстру, которая буквально днем раньше держалась на трех почти истлевших свечках. И только Сириус показал девушкам на дверь гостиной, чтобы, наконец, напоить их горячим чаем, как в прихожей снова раздались шаги. Гостеприимству Сириуса сегодня точно кто-то хотел помешать. Хозяин дома обернулся, и увидел Лунатика. Своего старого (эй! в хорошем смысле) доброго Ремуса Люпина. Тот первым делом набросился на Тонкс. Еще бы… Блэк усмехнулся и переглянулся с Флер.
- Деточки мои, может быть, займетесь делом в вашей спальне? А то здесь как-то… пыльно немного, - он хохотнул и решил, что нужно уже собраться у теплого камина в гостиной, - за мной, друзья. Надеюсь, что хотя бы сегодня Кикимер не захочет отравить нас своими идиотскими ванильными пирожными с персиковым кремом.
Не обольщайтесь, это только на вид выглядело вкусно, но все, кто был на прошлом собрании, испытали на себе «чудодейственную силу» лакомств эльфа-домовика семейства Блэков.
- Присаживайтесь, а я пока попробую договориться с этим мерзким созданием, - Сириус щелкнул пальцами и из ниоткуда посреди комнаты появился Кикимер, - я надеюсь, в этот раз ты действительно поработаешь на славу. Иначе я лично сожгу тебе пальцы, как ты пытался это сделать в прошлый раз. Мне это доставит неземное удовольствие. Итак. Нам нужен чай. Мне кофе и корзинку с палочками корицы. Все, как обычно, Кикимер. Исполнять!
Домовой эльф знал, что это напускное равнодушие грозит ему в последствии большими травмами, но не особо боялся нынешнего хозяина. Конечно, у него же была его милая мамочка Вальбурга. Странно было, что она сегодня молчала, прав был Ремус.
- А знаешь, Луни, моя мать меня радует. Но не стоит обольщаться,  - это было сказано всем, - она, скорее всего, просто подслушивает. Правда, мамочка?? Черт бы тебя побрал, старая ты ведьма!
И усмехнулся. Если это отродье семьи Блэков решило раздобыть информацию, то она будет действовать до конца. Надо же… даже после своей смерти…
Нет, с Кикимером сегодня точно было что-то не то. Мало того, что он молчал и не плевался проклятиями, что немало всех удивило, так еще и его стряпня оказалась невероятно вкусной.
- Подождите, - смеялся Сириус, - пройдет час, и тогда мы все узнаем, на какую подлость способны домовые эльфы, поколениями служившие у Блэков.
Он даже позволил себе расслабиться в кругу друзей и забыться, вертя в руке палочку корицы. Аромат напоминал об очень многих вещах… и, конечно же, не обошлось без самого главного человека. Северус Снейп решил «порадовать» всех своим присутствием.
- Какая задница, спрашиваешь? Ну, я думаю, профессор будет рад узнать, что моя, - издевательским тоном начал Блэк, уж слишком ему не нравилось то, что говорил сейчас Снейп, - Лестрейндж? Что эта паршивая змея делает в Хогвартсе?! Я уже хочу ее прикончить. И после того, что она со мной сделала, мне хочется этого вдвойне.
Без лишних слов он подошел к Снейпу и протянул ему чашку кофе с лежащей на тарелочке палочкой корицы.
- Успокой нервишки, Снейп. А то я смотрю совсем плохо дело, - усмехнулся Сириус и будто нечаянно задел мужчину плечом, но тут же обошел его кресло и присел на то, что стояло рядом, - а вот теперь по порядку. Мне уж очень хотелось бы знать кто в этом замешан.

+1

12

Эта атмосфера уюта, несмотря на то, что они находились в старом доме Блэков, а не в Норе, все же витала здесь и, как и раньше, странно действовала на Снейпа. Хотелось остаться здесь, в этом месте, но одновременно с этим желанием он втайне надеялся поскорее уйти. В чем причина? Все в том же, что и много лет назад. Он не мог играть в эту игру с Сириусом, с некоторых пор он боялся выдать себя случайным словом или взглядом, несмотря на то, что он старался. Странно, верно, ведь раньше он никогда так не переживал по поводу "сокрытия" своих эмоций. Раньше он поддавались куда проще, чем сейчас.
Блэк любил поиздеваться, Северус это знал, морально готовил себя, но сейчас вновь растерялся и вместо того, чтобы достойно ответить на его сарказм, молча принял чашку кофе. Корица... Мужчина уставился на Сириуса сердитым взглядом. Какого черта? Блэк, если ты не перестанешь издеваться.. - Сириус как будто специально вот такими мелочами напоминал ему каждый раз о том, что произошло между ними, каждый раз сбивая с толку и заставляя направлять все свои силы на то, чтобы сконцентрироваться и принять соответствующий вид. Хотя... Может, это паранойя, Снейп? Может, он и не пытается напомнить тебе... Ну, конечно. Это я сам везде вижу какие-то тайные знаки, - да, определенно, сегодня был не его день.
- А как ты думаешь, кто в этом замешан, Блэк? - хрипло переспросил он, сузив глаза. Надо было взять себя в руки. Надо, Снейп.
- Все те же действующие лица, ничего нового, - он пожал плечами. Куда-то очень глубоко провалился весь его сарказм, он говорил спокойно и почему-то очень тихо, выглядел при этом весьма уставшим - впрочем, он надеялся, что кроме него самого, это мало кого удивит.
- В школе было достаточно одних Алекто с Амикусом, но Темный Лорд считает иначе, - продолжил он после небольшого глотка кофе, - Он пытается захватить школу во всех смыслах. Разумеется, меня больше всего беспокоит безопасность учеников, - он старался сказать это так, чтобы ни у кого не возникло сомнений в его словах, правда, Сев был уверен, что большая часть из присутствующих мысленно усмехнулась в ответ на них.
- Поэтому... я бы хотел попросить помощи, - Снейп старательно отводил взгляд от Сириуса, но почему-то именно в этот момент он встретился глазами с ним. Выглядело так, будто он обращается к нему. В груди что-то кольнуло, и Сев быстро перевел взгляд на Ремуса.
- Я бы хотел... Гм, - он кашлянул, - Школе нужен преподаватель Заклинаний. Профессор Флитвик слишком занят... защитой школы и учеников, чтобы взяться за преподавание.

+1

13

Услышав от Снейпа о том, что школе нужен преподаватель Заклинаний, Сириус нахмурился, не отводя взгляда от зельевара. Сказать, что предложение было заманчивым, значит, ничего не сказать. Он уже сотню лет не было в Хогвартсе, не видел своего крестника, в конце концов. Да и перспектива поучаствовать в сражениях с Пожирателями грела душу, о, как давно мужчина хотел надрать задницу этим самодовольным ублюдкам, решившим, что весь мир у их ног! А если повезет, то встретить там свою «обожаемую» двоюродную сестрицу Беллатрису и отомстить ей за все, что Блэк пережил. Гриффиндорские замашки давали о себе знать, и Сириус не мог не согласиться, к тому же должность преподавателя обязывала защищать учеников, а это не могло не… радовать? Да, наверное, это самое подходящее слово. Блэк засиделся в своем укрытии, даже сейчас, когда его оправдали, друзья, особенно, конечно, вечно беспокоящийся Ремус, не давали выйти на улицу, чтобы размять кости и хоть одним глазом взглянуть на изменившийся Лондон.
- Я отправлюсь в Хогвартс, - отставив чашку с кофе, Сириус встал с кресла и принялся расхаживать по комнате, рассуждая вслух, - а что? Моих знаний вполне хватит на то, чтобы научить ребят самому необходимому. Не зря же в школе я был лучшим на курсе по этому предмету, - самодовольно хмыкнув, он заложил руки за спину и продолжил, - к тому же я знаю школу, как свои пять пальцев, в ней не могло ничего измениться, а, значит, при любой опасности я смогу увести учеников. Да так, что никакие чертовы Пожиратели их не найдут.
Присев на подлокотник кресла, мужчина оглядел всех присутствующих. Кажется, далеко не все были согласны с таким поспешным решением Блэка, но ему было плевать. Надоело сидеть сложа руки и абсолютно ничего не делать, это было не в стиле Сириуса. И потом. Если не уйти из этого дома в скором времени, он сойдет с ума от криков своей надоедливой мамаши, которая теперь еще и попрекала его тем, что он остался жив, не сдох, как последняя крыса в какой-нибудь канаве и снова пришел сюда, в ее благородный дом. Сириус привык к этому, уже очень давно, тем не менее, желание спалить не только мамочкин портрет, но и весь этот дом, приходило к нему все чаще, почти не оставляя выбора. Пыльная спальня давно не приносила никакой радости, ведь у Блэка не было счастливого детства, а, значит, и вспомнить, по большому счету, было нечего.
- Ну? – взглянув на Снейпа, Сириус ухмыльнулся и сложил руки на груди, ему не терпелось появиться в Хогвартсе. – Чего же мы ждем? И да. Я не хочу даже слушать ваши «о, нет, Сириус», «куда ты собрался, Блэк?», «ты что, с ума сошел?» и так далее. Ведь это должно быть очень увлекательно!
Да еще и полезно, если я все же встречусь с теми, кого так давно хочу придушить своими руками.
Не дожидаясь ответа зельевара, Блэк направился в гостиную, по пути проверяя наличие у себя волшебной палочки и денег в карманах. Слава Мерлину, все это было при нем, не нужно было просить этого ненавистного Кикимера и в очередной раз слышать противный голосок домового эльфа. С размаху открыв входную дверь, мужчина вдохнул морозный воздух и поежился. Все-таки он поторопился выходить на улицу без теплой мантии. Сорвав черную ткань с вешалки, он набросил ее на плечи и оглянулся на Снейпа, следующего за ним по пятам с выражением лица: «о боже, только не он». Бедный Северус… многое ему придется вытерпеть от бывшего врага. Хотя, той озлобленности уже давным-давно не было, но все еще оставался сарказм, без которого не мог жить ни один, ни другой.
- Я знаю, как ты радуешься, Снейп, но не нужно так сильно тормозить, с тобой я расквитаюсь потом, сейчас у нас есть более важные дела, не правда ли? – словно специально подначивая зельевара, произнес Сириус и спустился по ступеням родительского дома.

-------------------------------->>> Хогвартс. Вход в школу

+1


Вы здесь » HOGWARTS: UNROMANTIC STORY » City ​​of Contrasts » Дом на площади Гриммо


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC